Исторический музей "Наша Эпоха"Главная страницаКарта сайтаКонтакты
Наша Эпоха
Наша Эпоха Наша Эпоха Наша Эпоха
   

Царский месяцеслов

 

15 марта
Обретение иконы Божией Матери, именуемой «Державная» (1917).

2/15. Обретение иконы Божией Матери, именуемой «Державная» (1917). 

13/26.2.1917 - первое сновидение крестьянке Андриановой об иконе Божией Матери в Коломенской Вознесенской Церкви. В этот день в 1917 г. начался Великий пост. Накануне, 12 февраля, был праздник Иверской иконы Божией Матери - покровительницы России, чей Св. образ имеет особое эсхатологическое значение, будучи мистически связан с конечными судьбами мiра.

26.2/11.3.1917 - второе сновидение Евдокии Андриановой. Этот день был последним, когда законная власть контролировала события; с этого же дня, по указу Государя, должна была прервать свои занятия Государственная дума (на след. день она отказалась этому подчиниться).
Сравните с несколькими выдержками из переписки перед февральским переворотом Императора и Императрицы, находившихся в то время, соответственно, в Ставке в Могилеве и во Дворце в Царском Селе. Императрица 22.2.1917: «Да хранят тебя светлые ангелы. Христос да будет с тобой, и Пречистая Дева да не оставит тебя! Наш Друг [Г. Е. Распутин] поручил нас Ее знамени». Император 24.2.1917: «Сейчас в 2.30, перед тем, как отправиться на прогулку, я загляну в монастырь и помолюсь за тебя и за них [детей] Пречистой Деве».Императрица 26.2.1917: «Бог поможет - это, кажется, уже предел. Вера и упование! Так спокойно от сознания, что ты был у этого дорогого образа». Император 26.2.1917: «Я был вчера у образа Преч[истой] Девы и усердно молился за тебя, моя любовь, за милых детей и за нашу страну, а также за Аню [Вырубову]. Скажи ей, что я видел ее брошь, приколотую к иконе [...] Сегодня утром [т. е. 26 февраля, в день второго сновидения!]во время службы я почувствовал мучительную боль в середине груди, продолжавшуюся 1/4 часа. Я едва выстоял, и лоб мой покрылся каплями пота. Я не понимаю, что это было, потому что сердцебиения у меня не было, но потом оно появилось и прошло сразу, когда я встал на колени перед [Владимирским чудотворным] образом Пречистой Девы»[1].

До недавних пор определенно ответить на вопрос, знали ли Царственные Мученики о явлении Державной иконы Божией Матери, не представлялось возможным. Не так давно среди бумаг Императрицы Александры Феодоровны, изъятых цареубийцами в ее личных вещах, была обнаружена публикуемая нами молитва, собственноручно переписанная рукой Царицы-Мученицы и несколько отличающаяся от всем известной второй молитвы «Державной»:

О, Державная Владычице Пресвятая Богородице, на объятиях Своих держащая Содержащаго Дланью всю вселенную, Царя Небеснаго! Благодарим Тя за неизреченное милосердие Твое, яко благоволила еси явити нам, грешным, сию Святую, Икону Твою во дни сии лукавые и лютые, яко вихрь, яко буря ветренная нашедшие на страну нашу, дни срама нашего и позора, во дни разорения и поругания Святынь наших от людей безумных, иже не точию в сердце, но и языком и устнами дерзостно глаголют: «несть Бог!» и во всех делех своих сие безбожие показуют. Благодарим Тя, яко призрела еси с высоты Святыя Своея на скорбь и горе чад православных и яко солнце светлое увеселяеши ныне изнемогшие от печали очеса наша пресладостным зрением Державнаго образа Твоего! О, Преблагословенная Матерь Божия, Державная Помощница, Крепкая Заступница, благодаряще Тя со страхом и трепетом, яко раби непотребнии, мы припадаем со умилением, с сокрушением сердечным, со слезами и молим Тя и стеняще вопием Ти: спаси нас! спаси! Помози нам, помози! Потщися - погибаем. Се живот наш аду приближися, се обышедше обыдоша нас греси мнози, беды мнозие, врази мнози. О, Небесная Царица, скипетром власти Твоея Божественныя разсей, яко прах, яко дым, враги наши видимые и невидимые, борющие ны, хулящие Церковь нашу Православную, губящие Отечество наше, сокруши горделивые замыслы их, запрети им! Вкорени в сердцах всех нас правду, мир и радость о Дусе Святе, водвори в стране нашей тишину, благоденствие, безмятежие, любовь друг к другу нелицемерную! Державою Твоею всесильною удержи, Пречистая, потоки нечестия, беззакония, хотящие потопити землю Русскую в страшной пучине своей. Поддержи нас слабых, малодушных, немощных, унылых, подкрепи, возстави! Яко да под Державою Твоею всегда хранимии поем, величаем и славим Тя, Державную Заступницу рода Христианскаго во веки веков. Аминь. 

В «Описи иконам, найденным при осмотре Дома Ипатьева» после цареубийства значатся две иконы, одна из которых, по крайней мере, несомненно, «Державная»: «Образ Божьей Матери Коломенской, большого размера, на дереве, крашенном коричневой краской. Вверху - Бог Саваоф»; «Образ Божьей Матери, большого размера, на дереве, старинного письма, на красном фоне черной краской. Вверху - Бог Саваоф». Однако самым значимым фактом является свидетельство следователю Н. А. Соколову П. Н. Попова-Шабельского 1921 г.: «...В 4 часа утра 17 июля все стихло. Мужики тотчас же кинулись к Ганиной яме и там нашли [...] несколько вещей [...] Потом стали откачивать воду из шахты, привлекли учащуюся молодежь, офицерство и нашли разные вещи, из которых помню [...] икону Божией Матери Великодержавной, исколотую штыками, которую Великая Княгиня Елизавета Феодоровна[2] через графиню Толстую[3] прислала Государю».

С «исколотой штыками» Великодержавной иконой нужно сопоставить версию автора серьезного, хорошо документированного исследования, потомка убитого вместе с Царственными Мучениками в подвале Ипатьевского дома повара И. М. Харитонова, специалиста-сыскника П. В. Мультатули. «...Холодное оружие, - приходит он к выводу, - было основным орудием убийства Царской Семьи», причем «холодное оружие, имевшее граненый клинок, подобранный так, чтобы он совпадал по форме со штыком от русской винтовки». Это значит, что Державная икона находилась на груди, под верхней одеждой, у кого-либо из Царственных Мучеников, и там, в Ипатьевском подвале, Первая приняла на Себя удары Бого- и Царе-ненавистников. В лесу, у Ганиной ямы, при снятии с Царских тел верхней одежды, перед тем как их расчленить, а, может, и перед отделением Честных Царских Глав, Икона была обнаружена изуверами и отброшена в сторону... К сожалению, след Свидетельницы мученичества Августейшего Семейства за Христа и за Ее (Царицы Небесной) Россию с тех пор затерялся. Но, не исключено, для того, чтобы открыться в определенное Предвечным Советом время.

Подписание Царем-Мучеником карандашом бумаги, озаглавленной «Ставка. Начальнику Штаба», именуемой с тех пор «отречением» (1917).

«1-е и 2-е марта 1917 года - важнейшие дни всей истории России, ее «быть или не быть» [...] В те часы Христианская Россия дрогнет, отдавая надолго народ во власть диавола... Непобежденным остается один Государь... В час решения Государя совершалось таинство, а не политика, и напрасно летописцы упрощают момент отречения в эпизод. Таинственность происходящего подтверждается тысячелетней историей страны, связью Царей с Православием и народом и актом помазанничества Богом, в Которого еще по сегодня верит часть человечества. Перед этим прошлым и будущим Государь стоял один. Ни на одного Монарха еще никогда не ложилось бремя подобного решения, т. к. нет более великой и важной страны, как Россия...»

«Кругом измена и трусость, и обман!» - записал Государь в тот день в своем дневнике. В письме к нему Государыня писала 2 марта: «Кошмарно то, что, не имея за собой армии, ты, может быть, вынужден сделать это. Но такое обещание не будет иметь никакой силы, когда власть будет снова в твоих руках. Они подло поймали тебя, как мышь в западню, - вещь неслыханная в истории». Позже Государь говорил священнику после исповеди: «Мне изменили все. Мне объявили, что в Петрограде анархия и бунт, и я решил ехать: не в Петроград, а в Царское Село, и с Николаевской дороги свернуть на Псков, но дорога туда уже была прервана, я решил вернуться на фронт, но и туда дорога оказалась прерванной. И вот один, без близкого советника, лишенный свободы, как пойманный преступник, я подписал акт отречения от Престола и за себя и за сына. Я решил, что, если это нужно для блага родины, я готов на все. Семью мою жаль». 

Когда его спрашивали, «зачем Вы не обратились с воззванием к народу, к солдатам?», - Царь-Мученик отвечал: «Народ сознавал свое безсилие, а ведь тем временем могли умертвить Мою Семью. Жена и дети - это все, что у Меня осталось! Их злость направлена против Государыни, но ее никто не тронет, разве только перешагнув через мой труп... Нет правосудия среди людей»
Словно прозирая будущее, Царица-Мученица писала 3 марта 1917 г.: «...Клянусь жизнью, мы увидим тебя снова на твоем Престоле, вознесенным обратно твоим народом и войсками во славу твоего Царства. Ты спас Царство своего сына, и страну, и свою святую чистоту, и [...] ты будешь коронован Самим Богом на этой земле, в своей стране».

Через год Государь писал о тех роковых событиях: «Вспоминаются эти дни в прошлом году в Пскове и в поезде! Сколько еще времени будет наша несчастная Родина раздираема внешними и внутренними врагами? Кажется иногда, что дольше терпеть нет сил, даже не знаешь, на что надеяться, чего желать? А все-таки никто как Бог! Да будет воля Его Святая!»

Императрица: «Государь не пожелал, чтобы кровь хотя бы одного русского была пролита за него. Он всегда был готов ото всего отказаться, если бы имел уверенность, что это на благо России».
Из дневника Государя: 1.5.1917: «Что готовит Провидение бедной России? Да будет воля Божья над нами!†». 5.6.1917: Неразбериха полная! А где те люди, которые могли бы взять это движение в руки и прекратить раздоры и кровопролитие? Семя всего зла в самом Петрограде, а не во всей России». 17.11.1917: «Тошно читать описания в газетах того, что произошло две недели тому назад в Петрограде и в Москве! Гораздо хуже и позорнее событий Смутного времени». 31.12.1917: «Господи! Спаси Россию!†». 9.3.1918: «Невольно вспоминаешь этот прошедший тяжелый год! А что еще ожидает нас всех впереди? Все в руце Божией! На Него только все упование наше». 

...Но приговор был вынесен. Накануне, 1.3.1917 была среда. В православных храмах служили Литургию Преждеосвященных Даров, начинавшуюся, по обычаю, вечерней. На Господи воззвах пелась самогласная стихира: Блудно расточих отеческое мое богатство, пуст бых, во стране вселихся лукавых граждан, и безсловесным уподобихся несмысленным скотом, и всякия обнажихся Божественныя благодати. На что же оставалось уповать жителям страны лукавых граждан? - Обратиться за помощью к тем, о ком шла речь буквально вследующей стихире: Жертвы одушевленныя, всесожжения словесная, мученицы Господни, заколения совершенная Божия, Бога знающая, и Богом знаемая овчата, ихже ограда волком невходна, молитеся и нам упасенным быти с вами на воде покоя. 

2 марта 1917 г. в Царском Селе, по воле Императрицы, служили молебен перед чудотворной иконой Божией Матери «Знамение». Императрица 3.3.1917: «У нас был чудный молебен иакафист перед иконою Божией Матери [«Знамение» Царскосельской] [...] Поручила их [детей] и тебя Ее святому попечению. Потом ее пронесли через все комнаты [...] Все кругом черно, как ночь, но Бог над всем. Мы не знаем путей Его, ни того, как Он поможет, но Он услышит все молитвы». Прот. Николай Беляев: «Приехал ко мне ктитор Феодоровского собора Дмитрий Николаевич Ломан и сообщил, что меня приглашают явиться в Знаменскую церковь, взять Чудотворную икону Царицы Небесной, с Ней придти в Александровский дворец и отслужить молебен в детской половине, где лежат больные Царские дети. [...] Войдя в церковь [...], я тотчас облачился, взял крест и с причтом Знаменской церкви при пении тропаря «Яко необоримую стену и источник чудес стяжавше Тя раби Твои, Богородице Пречистая» отправились ко дворцу. [...] Пройдя ряд светлых комнат, вошли в полутемную большую комнату, где лежали на отдельных простых кроватях больные дети. Икону поставили на приготовленный стол. В комнате было темно, что я едва мог различить присутствующих в ней. Императрица, одетая сестрой милосердия, стояла подле кровати Наследника, недалеко от Нее стояли другие сестры милосердия и няни. Перед иконою зажгли несколько тонких восковых свечей. Начался молебен [...] Горячо, на коленях, со слезами просила земная Царица помощи и заступления у Царицы Небесной. Приложившись к иконе и подойдя под нее, попросила принести икону и к кроватям больных, чтобы и все больные дети могли приложиться к чудотворному образу. Давая целовать крест, я сказал: «Крепитесь и мужайтесь, Ваше Величество, страшен сон, да милостив Бог. Во всем положитесь на Его святую волю. Верьте и надейтесь и не переставайте молиться». Святую икону пронесли по всем детским комнатам [...] Когда мы выносили икону из дворца, дворец был уже оцеплен войсками и все находящиеся в нем оказались арестованными».

Отъезд из Москвы Костромского посольства для призвания на Царский престол Михаила Феодоровича Романова (1613).

 

Примечания

___________________________________________________________________________

 

 

[1] Чудотворный Владимирский образ Пресвятой Богородицы был привезен в Ставку перед праздником Пресв. Троицы 28 мая 1916 г. по настоянию Императрицы Александры Феодоровны и Великой Княгини Елизаветы Феодоровны. «Сегодня, - писал Император Николай II своей дочери Вел. Княжне Татьяне Николаевне 28.5.1916, - прибыла из Москвы чудотворная икона Владимирской Божией Матери и в 5 ч. ее торжественно перенесут в нашу церковь».

[2] Как известно икона «Державная» находилась некоторое время в Марфо-Мариинской обители, настоятельницей которой до своего ареста (24.4.1918) была Вел. Кн. Елизавета Феодоровна.

[3]Зинаида Сергеевна Толстая (1880†1961), урожденная Бехтеева - супруга полковника Петра Сергеевича Толстого (1876†1918), сестра известного русского поэта Сергея Сергеевича Бехтеева (1879†1954) и фрейлины обеих Императриц Екатерины Бехтеевой (1875†1958).


 




Вернуться к списку дат

Copyright © 2009 Наша Эпоха
Создание сайта Дизайн - студия Marika
 
Версия для печати