Исторический музей "Наша Эпоха"Главная страницаКарта сайтаКонтакты
Наша Эпоха
Наша Эпоха Наша Эпоха Наша Эпоха
   

Царский месяцеслов

 

22 марта
Святых четыредесяти мученик в Севастийском езере мучившихся (ок. 320).

9/22. Святых четыредесяти мученик в Севастийском езере мучившихся (ок. 320).

После убеждений ласками и угрозами отречься от Христа, их заключили в темницу, а потом подвергли страшным мучениям. Святые мученики все претерпели и скончались с молитвою на устах. Тела их были сожжены и оставшиеся кости брошены в воду. Впоследствии мощи были собраны благочестивым Севастийским епископом вместе с благоговейными мужами из его клира и положены в честном месте. Со временем мощи сорока мучеников были разделены по всей земле, чтобы каждая область получила от них благословение.

Кондак, гл. 6: Все воинство мiра оставльше, на небесех Владыце прилепистеся, страстотерпцы Господни четыредесять: сквозь огнь бо и воду прошедше, блаженнии, достойно восприясте славу с небес, и венцев множество.

Прибытие Императора Николая II в Царское Село (1917). Воссоединение Царственных Мучеников. Начало Царскосельского периода страданий.

Духовная жизнь Царственных Мучеников протекала размеренно: накануне праздников и воскресений (как правило, в 18.30), неопустительно, всенощное бдение, на следующий день (обычно в 11.00) - Божественная литургия. В день рождения Царских Детей непременно служили молебен. «Государь и Его Супруга, - писал о. Н. Беляев, - настолько деликатны и благородны, что Сами являются к Богослужению, когда мы, облаченные, стоим в алтаре и уходят после службы из храма раньше всех. Стоят в церкви совершенно отдельно за ширмами, занимая небольшое место в углу, с отдельным ходом. Первый раз в присутствии Государя, за великим входом, когда нужно было вместо Благочестивейшего Самодержца Государя Императора говорить о Державе Российской и временном правительстве, я не сразу мог собраться с силами и едва не разрыдался. Надорванным голосом, сбиваясь в словах, закончил поминовение. [...] Надо самому видеть и так близко находиться, чтобы понять и убедиться, как Царственная Семья усердно, по-православному, часто на коленях, молится Богу. С какою покорностью, смирением, всецело предав себя в волю Божию, стоят за Богослужением. У меня грешного и недостойного служителя Алтаря Господня замирает сердце, льются слезы и несмотря на гнетущую тяжесть затвора, благодать Господня наполняет душу, и слова молитвы льются свободно, касаясь и проникая слух молящихся».

Причащались Св. Таин Царственные Мученики за все время пребывания в Царском Селе однажды - в Великую Субботу, 1/14 апреля.

Из дневника Государя: 27 марта. «начали говеть...» 30 марта. «В 6 час. пошли к службе 12 Евангелий, о. Беляев молодцом прочел их один». 31 марта. «В 2 часа был вынос плащаницы. [...] В 6 1/2 пошли ко службе. Вечером исповедывались у о. Беляева». 1 апреля. «В 9 часов пошли к обедне и причастились Св. Христовых Таин со свитой и остальными людьми. [...] В 11 1/2 пошли к началу полунощницы». 2 апреля. «Заутреня и обедня окончились в час 40».

Из дневника Государыни: «31 марта. 6.30 Церковь. 10.00 Исповедь. 1 апреля. Святое Причащение... Ники, я, Анастасия, Татьяна. Наверху Ольга, Мария, Алексей».
Из дневника о. Николая Беляева: 31 марта. «В 2 часа началась вечерня и вынос плащаницы на середину храма. [...] Их Величества, две Княжны и свита, явились в глубоком трауре - все в черных платьях. Вечерня прошла чинно и довольно торжественно. Плащаница вынесена на средину храма. Я сказал слово: «Какое печальное торжественное священное действие совершается ныне во всех православных храмах! Вынос плащаницы. Перед нами гроб с священным изображением Божественного Страдальца, умершего за грехи всех людей. О, как сильно, неудержимо влечет меня, грешника, прильнуть к этому гробу, и вместо мvра благовонного облить слезами покаяния Его Пречистое Тело. О, как ясно слышу я Его последние слова, сказанные с Креста. Слышу и этот предсмертный, душу раздирающий вопль, обращенный к Небесному Отцу: «Боже Мой, Боже Мой, почто оставил еси Мя?» И такая бездна скорби слышится в этом вопле! «Пусть Меня оставили люди, пусть бросили - отошли от Меня друзья и знаемые. Пусть оставили близкие и родные, но Ты, Отец Мой Небесный, за что так прогневался на Меня? За что отвратил от Меня Свет чудный, светлый, любящий взор?» И такое ужасное, небывалое явление! С неба ни гласа, ни послушания. С того неба, где неоднократно был слышан голос Небесного Отца: «Это Сын Мой возлюбленный. Его слушайте», - и теперь ни звука... Ужасное состояние. Чувствовать, видеть себя, в невыносимо тяжкую минуту скорби, оставленным от Бога. И это Единственному Единородному Сыну Божию. О, какая великая тайна! Тайна, превышающая ум человеческий. Но, что недоступно уму человеческому, там является чудная сила Божия. И вот, в этой непостижимой тайне искупления мы уразумели, что Бог есть величайшая, безконечная, безпредельная любовь. Бог любовь есть. Эта любовь подвигла Сына идти на страдания и смерть, это она заставила Отца покинуть Сына в минуту невыносимо тяжких Его страданий. Любовь Божественная все это сделала для того, чтобы всех страждущих, гонимых, равно и всех кающихся грешников привлечь к Себе. О, Господи, Спаситель мой! Какое утешение вливаешь Ты в пораженное сердце мое Своими страданиями и смертию! Я чувствую глубоко, что при всех скорбях своих я не один. Ты, Господи, со мною. А с Тобою идти не убоюся зла и среди долины смертной...» Это слово, сказанное среди храма у плащаницы заставило многих плакать. Одну из княжеских нянь увели в другое зало и едва успокоили. На Царя слово произвело глубокое впечатление, что он и высказал мне после исповеди.

Наступил час исповеди Царских детей. [...] Какие удивительные, по-христиански убранные комнаты! У каждой Княжны в углу комнаты устроен настоящий иконостас, наполненный множеством икон разных размеров, с изображением чтимых особенно святых угодников. Перед иконостасом складной помост, покрытый пеленой в виде полотенца, на нем положены молитвенники и богослужебные книги, а также Святое Евангелие и крест. Убранство комнат и вся их обстановка представляют собой невинное, не знающее житейской грязи, чистое, непорочное детство. Для выслушания молитв перед исповедью все четверо детей были в одной комнате, где лежала на кровати больная Ольга Николаевна [...] Как шла исповедь, говорить не буду. Впечатление получилось такое: дай, Господи, чтобы и все дети были нравственно так высоки, как дети бывшего Царя. Такое незлобие, смирение, покорность родительской воле, преданность безусловная воле Божией, чистота в помышлениях и полное незнание земной грязи - страстной и греховной, меня привело в изумление, и я решительно недоумевал: нужно ли мне напоминать как духовнику о грехах, может быть им неведомых, и как расположить к раскаянию в неизвестных для них грехах. Исповедь всех четверых шла 1 час двадцать минут. [...]
Их Величества ждут исповедь у себя в спальной комнате в 10 часов вечера. Без 20 минут десять пошел в храм, помолился у Святого Престола, приложился к плащанице, надел епитрахиль, взял крест и Евангелие [...] Комната-молельня очень маленькая и сверху до низу увешана и уставлена иконами, перед иконами горят лампады. В углу, в углублении стоит особенный иконостас с точеными колоннами и местами для известных икон. Перед ним поставлен складной налой, на который положено старинное Евангелие и крест, и много богослужебных книг. [...] После прочтения молитв, Государь с Супругою ушли, осталась с исповедью Татьяна Николаевна. За нею пришла Государыня, взволнованная, видимо усердно молившаяся и решившая по православному чину, с полным сознанием величия таинства, исповедать перед Святым Крестом и Евангелием болезни сердца своего. За нею приступил к исповеди и Государь. Исповедь всех трех шла час 20 минут. О как несказанно счастлив я, что удостоился по милости Божией стать посредником между Царями Небесным и Земным. Ведь рядом со мною стоял тот, выше которого из всех живущих на земле, нет. Это до сего времени был наш, Богом данный Помазанник, по закону престолонаследия 23 года царствовавший Русский Православный Царь. И вот, наш смиренный раб Божий Николай, как кроткий агнец, доброжелательный ко всем врагам своим, непомнящий обид, молящийся усердно о благоденствии России, верующий глубоко в ее славное будущее, коленопреклоненно взирая на крест и Евангелие, в присутствии моего недостоинства высказывает Небесному Отцу сокровенные тайны своей страдальческой жизни и повергаясь в прах пред величием Царя Небесного, слезно просит прощения в вольных и невольных своих прегрешениях. После прочтения разрешительной молитвы и целования креста и Евангелия, своим неумелым словом утешения и упокоения какую мог я влить отраду в сердце человека, злонамеренно удаленного от своего народа и вполне уверенного до сего времени в правоте своих действий, клонящихся ко благу любимой родины?»

1 апреля. «Не успел я начать проскомидию, как ровно в 9 часов пришли и стали на свои места Государь с Супругою и две дочери, Татьяна и Анастасия Николаевны. Началась Литургия Вечернею, за которой совершил и проскомидию. После чтения Апостола произошла перемена облачений. Все черное убрано, одето светлое, возвестившее зарю наступающего светлого дня Воскресения Христова. Настало время подходить к Святой Чаше для причастников. Первым подошел Государь. Давая ему Святые Дары, громко и внятно сказал я: «Честного и Святого Тела и Крови Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа причащается раб Божий Благоверный Николай Александрович во оставление грехов своих и в жизнь вечную»! То же было сказано и Александре Феодоровне. После Литургии, переоблачась, пошел со Святою Чашею приобщать Ольгу, Марию и Алексея, которые уже были подготовлены и ждали в своей комнате наверху».




Вернуться к списку дат

Copyright © 2009 Наша Эпоха
Создание сайта Дизайн - студия Marika
 
Версия для печати