Исторический музей "Наша Эпоха"Главная страницаКарта сайтаКонтакты
Наша Эпоха
Наша Эпоха Наша Эпоха Наша Эпоха
   

Царский месяцеслов

 

28 апреля
В 1918 г. в этот день был ВХОД ГОСПОДЕНЬ В ИЕРУСАЛИМ.

15/28. В 1918 г. в этот день был ВХОД ГОСПОДЕНЬ В ИЕРУСАЛИМ.

В событии Царского входа Господня в Иерусалим Церковь созерцает исполнение пророчеств о Царском служении Иисуса Христа. Пред входом и особенно при самом входе Иисуса Христа в Иерусалим Спасителю оказывается всеобщее почти служение и преданность, яко Царю и Господу. Господь входит в Иерусалиме в церковь и здесь Его Царская власть является в безропотной покорности Ему продающих и купующих, кои по воле Его тотчас удаляются из храма. Царский вход Иисуса Христа запечатлевается всемогущею Его властию над законами природы: приступиша к Нему хромии и слепии в церкви и исцели их. Так все повиновалось и служило Иисусу Христу при последнем Его входе в Иерусалим, как своему Творцу, Господу и Царю. Вместе с тем торжественный и кроткий вход Иисуса Христа в Иерусалим был новым побуждением для ослепленных завистию и злобою книжников и старейшин народа иудейского ускорить погубление Мессии.

Начало крестного пути священномученика Гермогена, епископа Тобольского и Сибирского, истинного раба Господня и верного слуги Царственных Мучеников (1918). 

В этот день епископом Гермогеном (Долгановым, 25.4.1858 †16/29.6.1918), во исполнение благословения Патриарха Тихона*, был назначен крестный ход в Тобольске. Ранее он говорил: «Бог укажет день совершить по нашему городу крестный ход, и мы под сенью святых хоругвей, со святым крестом, святыми иконами пойдем прославлять Бога в песнях духовных, открыто перед лицом врагов Веры и Святой Церкви исповедовать верность Вере отцов и Матери-Церкви». И этот день наступил... Накануне, за всенощной, в проповеди он открыто говорил о своей поддержке Царственных Мучеников: «...Если бы кто-либо писал ко мне с просьбой моих святительских молитв, кто меня прежде знал, то неужели я в этом повинен и неужели я, как епископ, не могу молиться о всех страждущих, от чего бы эти страдания ни происходили». И эту помощь трудно переоценить: святительские молитвы о Царственных Мучениках, просфоры, посылаемые им в губернаторский дом, назначение им духовника и последующая защита его действий... Владыка собирался организовать в Тобольске братство вернувшихся с фронта увечных воинов, чтобы в нужный момент воспользоваться ими в интересах благополучия Царской Семьи. Как и сами Царственные Мученики, епископ Гермоген не сочувствовал увозу их за границу, говоря: «Скверно подействует увоз Царя за границу: Царь бросил свой народ».

В воскресенье он служил Божественную Литургию и молебен в Тобольском Софийском Успенском соборе. В проповеди он призвал всех православных русских людей вознести всенародное моление Господу Богу о спасении погибающей Родины. Загудели колокола. Двинулся крестный ход. Двинулся вопреки запрещению безбожных властей. В крестном ходе участвовало все городское духовенство. С пением «Спаси, Господи, люди Твоя» двинулись вокруг Тобольского кремля. Святитель остановил крестный ход в том месте стены, откуда был хорошо виден губернаторский дом, в котором томились Царственные узники: оставшиеся после отъезда Государя и Государыни с Вел. Княжной Марией - Наследник Цесаревич и Царевны Ольга, Татьяна и Анастасия. Отслужили молебен. Епископ Ермоген один подошел к краю стены. Один с высоко поднятым деревянным крестом, благословляющий Царственных Узников. Здесь он оставил своему духовнику о. Николаю письменное сознание своей прежней вины пред Их Величествами, назвав Царственных Мучеников «многострадальным Святым Семейством», просив его огласить свое письмо всему мiру*.

Владыку просили идти дальше, по центральным улицам, обходя все приходские храмы. Шли дальше, сопровождаемые пешими и конными в полном вооружении красногвардейцами.
Вскоре после окончания Крестного хода, завершившегося до половины пятого вечера, епископа Гермогена арестовали. Известие об этом достигло и Царственных Узников. Запись в дневнике гр. А. В. Гендриковой: «Поставили в зале Походную Церковь и была отслужена обедня (пели 5 монашек). Днем был крестный ход по городу. Епископ Гермоген арестован».

Переодевшись, Владыка исповедовался у иеромонаха Германа, вышел на крыльцо, предав себя в руки безбожников. Местные власти заявили, что «большую роль в деле ареста сыграл крестный ход», которым «остались недовольны местные евреи, которые стали возбуждать против епископа солдат». Председатель исполкома Дислер пояснил, что епископ Гермоген арестован «по распоряжению» ЦИК, «как черносотенец и погромщик», но при этом признался, что «у них нет никаких документальных данных, изобличающих его преступную деятельность». Владыку отправили в Екатеринбург, куда он прибыл 18 апреля, в Великую среду, на следующий день после прибытия сюда Царственных Мучеников. Его поместили в тюрьму около Сенной площади, рядом с церковью Симеона Верхотурского. За все время заключения Святителю лишь раз разрешили причаститься. Разрешение было получено накануне Троицы (в 1918 г. - 10/23 июня). (На этот день приходилась память свт. Иоанна Тобольского; в тот же день Царственные Мученики молились в последний раз в земной жизни за Божественной Литургией.) Причащался Владыка на следующий, после Троицы Духов день в тюремной камере. А 12/25 июня, ближе к вечеру, его увезли из тюрьмы. Ночью 13 июня поезд прибыл в Тюмень и узника доставили на пароход «Ермак». 14 июня вечером пароход остановился у с. Покровское, родины Г. Е. Распутина, с которым Владыка примирился чудесным образом в день смерти Григория Ефимовича в 1916 году. 15 июня Епископа перевели на пароход «Ока», который пошел вниз по реке по направлению к Тобольску. Здесь в половине первого ночи (16/29 июня) Священномученика вывели из трюма на палубу. До последней минуты он молился. Палачей, привязавших к его ноге камень, - благословил...

Чудом Божиим тело епископа Гермогена было вынесено на берег реки. 3 июля (память перенесения мощей свт. Филиппа, митр. Московского) его обнаружили крестьяне с. Усольского, а на следующий день (в день убиения Св. Царственных Мучеников) предали земле. 21 июля тело перевезли в Покровское. Здесь его опознали. Отпевали его в храме, построенном усердием Г. Е. Распутина.

В записи дневника дочери Г. Е. Распутина Матрены, сделанной в Покровском в 1918 г., читаем: «23 июля. Приехала комиссия искать тело убитого Гермогена, нашли в воде его обмотанного веревками и руки связаны назад, мучили, говорят, его бедного страшно [...] 25 июля. Как жутко проходить мимо церкви в особенности вечером, идешь темно-темно и ни одного человека нету на улице, вся деревня спит, видишь в церковной ограде горит свеча, диакон читает всю ночь евангелие у епископа Гермогена на могилке. Стараюсь реже ходить в верхний край, чтобы не видеть жуткой картины. Сегодня приехал епископ Иринарх за телом убитого, служил панихиду. Я сильно плакала, вспомнила сейчас же папу, как его отпевали...» Таковы свидетельства примирения оставленные всем оставшимся жить на земле.

27 июля при громадном стечении молящихся тело Священномученика перенесли из Покровского храма на пароход «Алтай», доставивший его к вечеру следующего дня в Тобольск; внесли в собор. Здесь гроб с телом умученного Владыки простоял пять дней, не проявляя признаков тления. 2/15 августа (в день перенесения из Иерусалима в Константинополь мощей первомученика архидиакона Стефана) после Божественной Литургии епископ Березовский Иринарх (Синеоков-Андреевский, †1.3.1933) совершил чин погребения. Священномученик был погребен в склепе, устроенном в Иоанно-Златоустовском приделе, на месте, где ранее почивали мощи свт. Иоанна Тобольского.




Вернуться к списку дат

Copyright © 2009 Наша Эпоха
Создание сайта Дизайн - студия Marika
 
Версия для печати