Исторический музей "Наша Эпоха"Главная страницаКарта сайтаКонтакты
Наша Эпоха
Наша Эпоха Наша Эпоха Наша Эпоха
   

Рецензии

 

Процесс обретения истины необратим

Автор: Сергей ФОМИН

Наша Эпоха

 

 

ПРОЦЕСС ОБРЕТЕНИЯ ИСТИНЫ НЕОБРАТИМ

Вышел в свет седьмой том книги С.В. Фомина
    из серии «Григорий Распутин: расследование»

 

Давшие название только что вышедшей книге историка и писателя С.В. Фомина слова Царского Друга «Милые, дорогие, не отчаивайтесь» были обращены им к Государю с Государыней. Это седьмая книга в известной серии «Григорий Распутин: расследование».
Начавшаяся традиционно с обсуждения нового исследования беседа с Сергеем Владимiровичем неожиданно приобрела весьма злободневный характер – о зарождении, некоторых предварительных итогах и перспективах распутиноведения – термина, предложенного автором.

***

– В сентябре 2011 г. мы беседовали с вами в связи с выходом шестой книги серии «Страсть как больно, а выживу…», а ровно через год – по поводу издания впервые на русском языке ряда ценнейших воспоминаний о Царском Друге. Прошел еще год и вот новая седьмая книга серии.

– Известие о выходе книги из типографии получил я в пятницу 1 ноября. Начиналась Димитровская родительская суббота. И если вы помните, отправка ее в типографию сопровождалась печальными событиями. 6 октября почил основатель и на протяжении 23 лет безсменный руководитель «Русского вестника» А.А. Сенин, сыгравший большую роль в осуществлении проекта серии «Григорий Распутин: расследование». Об этом я рассказывал в воспоминаниях, опубликованных в специальном номере газеты, посвященном памяти Алексея Алексеевича. За три дня до этого, 3 октября, мы с ним говорили в последний раз. Он мне позвонил, спрашивал, как обстоят дела с седьмым томом. Обговаривал будущую беседу в газете, которая неизменно предваряла начало продажи книги в лавке «Русского вестника». И вот книга вышла, мы беседуем, а его уже нет. Счастлив я лишь тем, что удалось вдогонку поместить на титульном листе слова искренней моей благодарности: «Светлой памяти моего друга Алексея Алексеевича Сенина посвящается». И если знать, что тираж должен был выйти лишь в двадцатых числах ноября, а весьма неожиданно «выскочил» в канун родительской субботы, то любой православный человек поймет что к чему.

– Отдав дань памяти почившим, обратимся, однако, к самой новорожденной книге. О чем она?

– В ней описаны события, начиная с августа 1914 г., когда не совсем еще оправившийся от последствий ранения Г.Е. Распутин приехал в Петроград, и вплоть до августа 1915 г., когда Государь принял на Себя Верховное командование Армией. Таким образом, она охватывает события всего лишь одного года. Структурно она состоит из двух частей. Первая, меньшая по объему, исследует взаимоотношения Царской Семьи, Г.Е. Распутина и А.А. Вырубовой. Как известно, в результате возникших незадолго до войны недоразумений произошла размолвка Государыни с Ее ближайшей подругой, порадовавшая определенный круг людей. Особые отношения Императрицы к А.А. Вырубовой с самого начала вызывали к последней сильную неприязнь придворных. Зависть переросла у некоторых в дикую ненависть.
Исследователи определенного направления придают ныне этим прискорбным событиям, причем без всяких на то оснований, скабрезный характер. При этом «правомерность» такому взгляду нередко придают авторы, придерживающиеся часто совершенно противоположных взглядов. Обычная позиция их сводится либо к замалчиванию известных фактов, либо к полному, но совершенно бездоказательному отрицанию размолвки. По нашему мнению, не правы ни те, ни другие. Если мы ищем Истину (которая в высшем смысле есть Господь наш Иисус Христос), то чего же нам бояться? Нужно только во всем хорошенько разобраться и понимать, что мы имеем дело, хотя и со святыми, но, всё же, с людьми небезгрешными. За подробностями отсылаю читателей к вышедшей книге.

– Насколько я понимаю, примирению способствовала железнодорожная катастрофа, в которой 2 января 1915 г. пострадала Анна Александровна…

– Это так и не так одновременно. Но прежде, чем сказать об этом, остановимся на самом крушении. Эта история с поездом всегда мне не давала покоя. Возможность такого на хорошо устроенной и должным образом охраняемой старейшей железнодорожной ветке, ведшей из столицы Империи к Царской резиденции, поездами которой пользовалось немало сановников, отправлявшихся на Высочайшие аудиенции, да к тому же во время войны… Согласитесь, тут есть над чем задуматься. К активным поискам в этом направлении подвиг меня разговор с петербургским знакомым Д.Ю. Игнатовским. Исследование публикаций в газетах самого разного направления породило еще больше вопросов и сомнений в «случайности» этого трагического происшествия. Только один факт: к отходу злополучного поезда на Царскосельский вокзал пришли товарищ министра внутренних дел генерал В.Ф. Джунковский и княгиня О.К. Орлова, метившая, как известно, на место А.А. Вырубовой. Но в вагон они почему-то не сели и стали дожидаться следующего поезда. В своих воспоминаниях впоследствии генерал-масон утверждал, что ему о катастрофе сообщили по службе. Но в действительности и он, и княгиня находились на Царскосельском вокзале и потому оказались на месте крушения через считанные минуты после случившегося, наблюдая в том числе и за агонизирующей Царской подругой. Другой факт из этого ряда – наезд в Петрограде 7 января (ровно через пять дней после случившегося у Царского Села) автомобиля на направлявшегося на извозчике на службу во Владимiрский собор Г.Е. Распутина, лишь по счастливой случайности не пострадавшего в этом опять-таки «случайном» происшествии. Не слишком ли много «случайностей» и «совпадений»?
Возвращаясь к восстановлению былых отношений Государыни с А.А. Вырубовой, заметим, что это произошло далеко не сразу после случившегося. Императрицу «отпустило» лишь после Пасхи, выпавшей в 1915 г. на 22 марта. Безоговорочное сочувствие и сострадание к подруге (до этого перемежавшиеся с неприятными воспоминаниями) появляются в письмах Царицы только к середине апреля. Решающую роль в возвращении прежних чувств, безусловно, сыграли молитвы Григория Ефимовича, его наставительные беседы, чему мы нашли неоспоримые подтверждения. Это полное примирение произошло в преддверии тяжелых испытаний, подтвердивших, насколько необходимым был этот союз безкорыстной любви, как для всех них, так и для России, которую, в том числе и благодаря этому, удалось удержать тогда от падения, пусть и на малое время.

– Это, как вы сказали, первая часть книги. О чем же рассказывается в другой?

– Во второй, большей по объему, части рассматривается деятельность Великого Князя Николая Николаевича на посту Верховного главнокомандующего. Именно вокруг этой фигуры в первый период Великой войны консолидировались все оппозиционные силы, к которым можно отнести некоторых Членов Династии, либерально настроенных военных деятелей, бюрократов, думцев, представителей общественности, торгового, промышленного и финансового капитала, а также союзников по Антанте. Только благодаря прозорливости и молитвам Г.Е. Распутина, а также решительным действиям Императрицы Александры Феодоровны, всецело доверявшей Своему Другу, удалось пресечь уже начавшийся перехват власти у Императора.
Кстати говоря, тем, кто всё еще сомневается в даре прозорливости Царского Друга, полезно было бы ознакомиться со ставшими недавно известными вот этими отрывками из воспоминаний няни Царских Детей А.А. Теглевой, в 1922 г. вышедшей замуж за наставника Цесаревича П. Жильяра. Александра Александровна, под воздействием превалировавшего в то время общественного мнения негативно относившаяся к Царскому Другу, как человек правдивый всё же отмечает, что с появлением в Александровском Дворце Григория Ефимовича «жизнь Семьи стала почти монашеской». (Теглевой, заметим, это не очень-то нравилось.) Но вот фрагмент, относящийся уже к трагическим декабрьским дням 1916 г. и последующему времени: «Когда новость об убийстве Распутина пришла во Дворец, я поспешила с Детьми к Их Матери. Она была подавлена, черты Ее лица выражали грусть и тревогу. Я никогда не хотела верить ужасным предсказаниям Распутина, но должна признать, что, как он говорил, именно после его смерти несчастья начали рушиться на Романовых». В связи же с сомнениями А.А. Теглевой можно лишь припомнить сочувственные слова Господа, обращенные к Своему рьяному гонителю, преобразившемуся затем в апостола Павла: «Савл, Савл! что ты гонишь Меня? […] …трудно идти тебе против рожна» (Деян. 9, 4-5). Старая и вечно новая история. Для нас же в словах Теглевой важно еще и другое: вот кем был для Них Григорий. И содержащийся во второй части нашей книги материал в полной мере подтверждает, что упования Царственных Мучеников на Их Друга было обосновано.

– Перед нашей беседой я полистал книгу и мне показалось, что многие главы этой части как-то слабо связаны с самим Г.Е. Распутиным.

– Когда я взялся за написание седьмого тома, передо мной сразу же стала проблема заговора Великого Князя. Разрушителем этих планов был Григорий Ефимович. Нет, осуществлял их, безусловно, Государь. Если бы Он не прислушался к Своему Другу, если бы не признал его правоту, ничего, конечно, не вышло бы. Но увидел опасность и благословил  на ее преодоление именно он – простой русский крестьянин. Чтобы понять план заговорщиков, нужно было разобрать его поэтапно, рассмотрев каждое его звено. При этом – учитывая именно нашу книгу – нужно было выявить отношение Г.Е. Распутина к каждой части этого плана.
Заметим также, что вред от некоторых акций Ставки до сих пор вовсе не очевиден большинству читателей, в результате, с одной стороны, неисследованности ряда проблем, а, с другой, неверного восприятия, присущего людям, оказавшимся в плену стереотипов, носящих поверхностный идейный характер. К числу таковых, таящих немало подводных камней, относится так называемая «славянская» проблема (включая носящие частный характер «галицийский» вопрос или формирование чешских добровольческих частей), шпиономания (с такими ее частными сегментами, как немецкий погром в Москве 1915 г., борьба с немецким засильем в Прибалтийском крае, создание латышских воинских формирований или еврейский шпионаж во фронтовой полосе, приведший к фактическому уничтожению черты оседлости). Прибавьте к этому создание прославляемой до сих пор монархистами и патриотами Дикой дивизии во главе с Царским братом или замещение ушедших на фронт русских завезенной китайской рабочей силой.
Всё перечисленное нами можно отнести к тому, что впоследствии так и не удалось выправить. К непоправимому ущербу можно отнести формирование в Русской Армии воинских частей по национальному признаку, в том числе и из пленных, что сыграло впоследствии на руку тем, кто развязал в России братоубийственную гражданскую войну. А ведь Григорий Ефимович об опасности всего этого не раз предупреждал. Государыня также сознавала опасность происходящего. Но отмены мероприятий, инициированных Ставкой, когда там всем заправлял Николай Николаевич, так никогда и не последовало.

– Однако вы говорили, что удалось пресечь планировавшийся перехват власти у Императора…

– Тут я имел в виду лишь самое необходимое, что было сделано, что еще на некоторое время и отсрочило падение России. Это – вопреки всеобщему давлению (Матери, Членов Династии, министров, Государственного Совета, Думы и общественности) – принятие Государем на Себя Верховного Главнокомандования Русской Армией. Далее, это смещение, назначенных при сильном давлении со стороны Великого Князя и его приспешников, министров либерального пошиба. (Сам Николай Николаевич, когда ему удалось провести во власть своих ставленников, ликовал: «Хочется перекувыркнуться от радости!» Как видим, затевая интригу, он и не надеялся на такой потрясающий успех. Но – сверх ожидания – это удалось!)
Однако, когда Государь очистил Совет Министров от некоторых протеже Великого Князя, те прежние, уволенные по настоянию Царского дядюшки компетентные министры (Н.А. Маклаков или И.Г. Щегловитов), перед знаниями и опытом которых пасовали их либеральные коллеги, они ведь так и не были возвращены, дожидаясь сначала ареста временщиками, а затем большевицкой пули в затылок.

– Читателя, который берет в руки Вашу книгу, прежде всего, поражает обилие иллюстративного материала. Лично я впервые увидел на ее страницах многих людей и события, запечатленные на фотографиях.

– Вот вам для справки статистика: на 48 полосах вклеек размещено 112 снимков, а по тексту – еще 160. Есть фотографии действительно уникальные. Многие у нас в стране вообще неизвестны, да и там, за границей, давно забыты. Позволю себе обратить внимание читателей на то, что в приложении впервые публикуется переписка А.А. Вырубовой с бароном К.Г. Маннергеймом 1941-1943 годов.

– Итак, седьмая книга Вашего расследования напечатана, скоро она поступит в продажу. Над чем работаете сейчас?

– Над восьмой книгой, название которой напоминает об акафисте Святителю Николаю: «Разрывая ложь как паутину». В ней я предполагаю рассказать о ликвидации заговора объединенной оппозиции, знаменем которой был в то время Великий Князь Николай Николаевич; о взятии Государем на Себя Верховного командования Армией. Всё это вызвало у оппозиционеров вспышку необычайной ненависти к главным (как они полагали) виновникам провала их планов – Царскому Другу и Государыне. Не было той клеветы, которая не была бы пущена против них в ход. Одни выдумки были разоблачены еще современниками, другие разъяснились позднее, однако некоторые, наиболее изощренные, остаются в ходу вплоть до настоящего времени, продолжая отуманивать наше сознание. Они-то и станут предметом подробного рассмотрения.

– Так что, как я понимаю, до рассказа о самом убийстве еще далеко?..

– Честно говоря, пока что я и сам не знаю, в какой книге это произойдет. Дело в том, что материал (его сложность, обилие или, наоборот, дефицит) диктует это. В определенной степени, автор, взявшийся за исследование такой сложной темы, сам является ведомым. Объяснение, как видим, простое и понятное. Но вот как однажды, в порыве откровенности, сказал мне как-то один из моих коллег, знавший о благословении старца Николая Псковоезерского на этот труд: «Наверное, ты не без умысла затягиваешь исполнение благословения, хочешь подольше пожить». Признаться, я был поражен, но, конечно, ни о долголетии или вовсе даже каком-то безсмертии мне до той поры и в голову не приходило. Это при моих-то болячках… Другой мой давний и близкий знакомый передавал как два других исследователя судили да рядили, зачем-де Фомин столь подробно пишет, можно бы и покороче. Действительно, в том издательстве, где впоследствии один из собеседников издал свою книжку о Григории Ефимовиче (между прочим, ее сам я и рекомендовал тому издателю), мне предлагали составить популярную версию из моих же книг. Но я себе не мог позволить такой роскоши – потратить отпущенное мне драгоценное время на написание этой, безусловно, полезной книжки, но ведь это прекрасно сделают и без меня. Правда, при этом неизвестно, кто же сделает мою работу?

– Готовясь к беседе с Вами, я ознакомился с отзывами о Ваших книгах в интернете. Не скрою, иногда меня поражала та злоба, с которой некоторые пишут о них. Тиражи у Вас весьма скромные (тысяча экземпляров), в книжных магазинах они не продаются. И все же… Вот как некий аноним, которого сильнее всего, похоже, раздражают у Вас местоимения с прописной буквы, относящиеся к лицам Царского Рода, пишет о «шеститомной серии фашиста и царебожника Фомина»: «…Источники отобраны совершенно некритично», но тут же, противореча себе, утверждает: «точнее даже не отобраны, а собраны». И далее перечисляет источники цитат: «из газет, официальных документов, безконечных мемуаров (от Царя и Великих Князей, через министров в эмиграции и до вахтенных лейтенантов и тобольских крестьян), переписки европейских Дворов и вообще всего-всего. Это огромный труд…»

– Ну, выходит, всё сделано правильно и предельно объективно. Такая оценка из уст противника дорогого стоит. Вот только не пойму, в чем же здесь изъян?

– Этого, кстати говоря, не поняли и те, кто прочитал весь этот выплеск злобы. Вот один из отзывов: «Интересно. Надо будет почитать». Но есть и те, которые оценили Ваше расследование: «…Книжка действительно примечательная: дотошное, въедливое, доскональное исследование всех мельчайших деталей и обстоятельств биографии Святого Царского Друга, привлечены десятки местных архивов, прочитаны и сличены десятки мемуаров, полторы тысячи единиц – список ссылок…» И еще один – гораздо более аналитический: «Я думаю, труд С. Фомина, титанический на самом деле по масштабу, на мой взгляд, создает тот остов в исследовании жизни Григория Ефимовича и Царской Семьи, которого раньше не было. Каждый разумел, что хотел и крутил-вертел фактами как мог. Сейчас же есть некий фундамент, обойти который нельзя: его надо или ломать полностью (кто решится!?), или уже отталкиваться от него. Полагаю, неприятие книг Фомина, сознательное или нет, исходит именно из этого факта – противопоставить его труду нечего, а соглашаться хотя бы в малом очень не хочется. Отсюда выражения типа “научная ценность всего шеститомника равна нулю” (да уж!), “автор – либо не вполне адекватный человек, либо прожженный циник” и т.п. То есть проблема не в самом труде автора, а во внутреннем душевном состоянии и настрое критиков, не допускающих покушения на их уютно созданный мiрок. Не могу не отметить, что такой же настрой нередко бывает и у “ревнителей не по разуму” и с противоположной стороны. Из-за этого люди друг друга просто не слышат и не понимают, к сожалению».

– С этим последним отзывом я знаком. Когда я его прочитал, то был поражен степенью созвучия его моим собственным размышлениям, которые высказывать мне, согласитесь, было бы не совсем удобно. Оставалось лишь ждать понимания от тех, кому адресованы мои книги. А об авторе последних слов, надеюсь, мы еще поговорим позднее…

– На сегодняшний день вы автор семи книг расследования.  Объем тома 700-800 страниц. От двух до трех тысяч ссылок на источники и литературу в каждом. Прибавим к этому большой сборник воспоминаний о Г.Е. Распутине «Дорогой наш Отец», в большинстве своем опубликованных на русском языке впервые. Ясно, что Вы хорошо знаете тему и потому мой вопрос к Вам: как меняется ситуация с восприятием образа Григория Ефимовича в последнее время?

– Обретение правды обществом весьма трудный и долговременный процесс. Что касается Григория Ефимовича, то начало восстановления правды об этом человеке можно датировать точно. Случилось это в Москве 17 июля 1989 г., когда духовный писатель, издатель и журналист Андрей Алексеевич Щедрин, более известный как Николай Козлов, сделал свой публичный доклад. В основе его лежало исследование документов Центрального Государственного архива Октябрьской революции (ныне Государственного архива Российской федерации), к изучению которых автор приступил в 1988 году. В этом, вероятно, и следует искать одну из причин продолжающегося до сей поры его оплевывания авторами определенного направления. Следующим заметным событием стал выход в свет работ доктора экономических наук О.А. Платонова. (Счастлив тем, что в свое время я был причастен к выходу его книг в издательстве «Родник».) «Проснулись» и земляки Григория Ефимовича. Начиная уже с 1990 г., заметным явлением стали публикации документов о Г.Е. Распутине тюменского исследователя А.В. Чернышова, составителя огромной библиографии о Царском Друге. Интерес вызвали также книги и статьи основателей дома-музея в Покровском В.Л. и М.Ю. Смирновых, а впоследствии другого покровчанина, строителя там еще одного музейного центра, И.Г. Ястребова – об истории этого села. Качественно изменил ситуацию приход к теме о Царском Друге в 2000 г. доктора исторических наук А.Н. Боханова. Это, наконец, и архимандрит Тихон (Затекин), в 1990-1999 гг. наместник Верхотурского Николаевского монастыря, а ныне – Нижегородского Печерского монастыря. Г.Е. Распутину посвящены многие странницы издававшейся им газеты «Верхотурская старина», книг-альбомов «Уральская Лавра» (2006) и «Царское Верхотурье» (2013). Сообщают, что в настоящее время верстают новую книгу о. Тихона, написанную им совместно с О.А. Бухаркиной, – «Григорий Распутин. Верхотурские страницы». (Правда, последнее соавторство, после появления ноябрьского номера вывалившегося из вороньего гнезда радио «Эхо Москвы» журнала «Дилетант» с публикацией записки Г.Е. Распутина, сопровождающейся развязным комментарием той самой Бухаркиной, заведующей отделом Государственного архива Свердловской области, – как-то настораживает.)

– Что же, выходит, и состоя в официальных церковных структурах, можно было – и тогда и теперь – вполне положительно оценивать личность Григория Ефимовича, писать, издавать и распространять о нем книги не только в отдельных церковных лавках, но и в масштабах, так сказать, целых епархий…

– Можно, конечно, порассуждать на тему о том, что положено быку, а что Юпитеру. Но это нас далеко бы увело от нашей темы. Неизмеримо важнее другое: на наших с вами глазах, в сравнительно короткий срок, родилась новая отрасль – распутиноведение. По существу явочным порядком выделился особый отдел истории России начала ХХ века. Схожие явления (процессы) наблюдаем мы и в связи с изучением жизни и деятельности, а, в особенности, обстоятельств кончины Царя Иоанна Васильевича Грозного и Святых Царственных Мучеников. Это реакция нормальной части русского общества на долгие годы вненаучного идеологического насилия над ним. Это сигнал того, что люди уже не верят профессиональному сообществу историков, которые либо сознательно обслуживают официально принятую (кем-то и, разумеется, с определенной целью) точку зрения, либо невольно находятся в плену стереотипов, из которого им мешает выйти корпоративная солидарность. И еще одно важное обстоятельство. Это спонтанно возникшее течение не было никак организовано: ни центра, ни руководителей – ничего этого и в помине не было. Нас, русских, привыкли винить в безынициативности, неповоротливости и т.п. грехах. Но, подумайте, если бы распутиноведение было организационно оформлено, то оно давно подверглось бы разрушению, а его лидеры – сокрушительной диффамации. А так ошибки каждого из нас в отдельности нельзя автоматически присвоить другим. Русский хор, в принципе, неуничтожим. Пока, конечно, существует сам народ…

– Но были новые книги и иного направления…

– Да, были книги прежнего направления, написанные по-новому. Их появление вслед за работами, о которых мы только что говорили, свидетельствует не столько о том, что эти авторы решили подзаработать на теме, но, скорее, об обезпокоенности их заказчиков начавшимся неуправляемым процессом. На помощь «первопроходцу» драматургу Э.С. Радзинскому пришла воительница с «темными силами» из Австралии Л.П. Миллер. Вскоре когорту «бойцов невидимого фронта» пополнил «И.В. Смыслов» (коллективный псевдоним двух преподавателей Духовных школ), а также широко известный своими цареборческими и антираспутинскими выступлениями на конференциях Православного Свято-Тихоновского университета в Москве питерский доктор исторических наук С.Л. Фирсов. В общем деле посильно подвизается и «церковно-исторический кабинет» Ново-Тихвинского женского монастыря на Урале, сформированный схиигуменом Авраамом (Рейдманом), в прошлом одесским евреем и гешефтмахером, а ныне, как утверждает его окружение, «благодатным старцем». Кое-кого, даже в среде наших единомышленников, подобные писания ввели в заблуждение. Наиболее яркий пример – обмен в 2006 г. письмами Л.Е. Болотина и П.В. Мультатули, своего рода «переписка Виктора Астафьева и Натана Эйдельмана». Ныне Петр Валентинович переменил свою позицию по Григорию Ефимовичу. Уверен, что он и далее обречен на дрейф, ведь зацепиться не за что, нет надежной опоры, ибо, памятуя Н.В. Гоголя, «ляхи»-помощники все вышли и нет никакой иной перспективы, кроме, разве что, окончательной потери лица.

– А что Вы скажете о книге писателя А.Н. Варламова о Г.Е. Распутине, вышедшей в серии «Жизнь замечательных людей»?

– При всех видимых отличиях ее от предыдущих, фактически это продолжение прежней линии. Ко времени ее появления ложь, содержавшаяся в писаниях «могучей кучки» фальсификаторов, да к тому же разоблаченная усилиями ищущих истины, уже мало кого могла привлечь. Вот тогда-то, убедившись, что неуправляемый процесс обретения русским обществом истины сбить грубыми методами не удалось, и решили запустить много более смягченный вариант. Что меня убеждает в этом? – А.Н. Варламов не ведет поиск Истины, постоянно повторяя, словно некую мантру, что найти ее вообще никому не удастся. Как это непреложно следует из его же собственных ссылок, Алексей Николаевич неплохо осведомлен об установленных в исследованиях распутиноведов фактах. Ясное дело, что без ущерба для себя он не может их просто игнорировать. Как же он поступает? Неудобное ему он не отрицает, не опровергает, не доказывает свою точку зрения, а, изредка неловко пытаясь вышучивать (авось кто клюнет на столь дешевый прием), в большинстве случаев просто окружает то, что он не в состоянии переварить, завесой молчания. Этот классический прием фальсификации г-на Варламова мы неоднократно разоблачали в прошлых наших книгах. Не будет исключением и восьмая, над которой я в настоящее время работаю.

– Но насколько тенденция, представленная книгой А.Н. Варламова, устойчива?

– В принципе мы, конечно, не можем не приветствовать подобных изменений. Но при этом не должны забывать, что перестройка эта вынужденная, что участники этого процесса меняют свои еще совсем недавно резкие, лживые формулировки на более размытые и нейтральные не всегда искренне. Как говорит народная мудрость, волк меняет шкуру, нрав – никогда. Прежнее не готово полностью сойти со сцены, сопротивляется, отстреливается, цепляется за остатки былого. Новое спешит, горячится. Людям этим в высшей степени присущи обостренные чувства правды и справедливости и потому они почти неминуемо обречены совершать досадные ошибки. Противная сторона, более опытная и прагматичная, использует это. Однако начавшийся процесс обретения Истины всё же неостановим. Никакие локальные откаты уже не смогут отменить нового вектора. Медленно, но верно тон, даже в официальных изданиях, меняется. Никто, я думаю, будучи, как говорится, в ясном уме и твердой памяти, не заподозрит Православный Свято-Тихоновский государственный университет в симпатиях к Царскому Другу. (За фальсификацию и заведомую клевету на страницах наших книг мы не раз подвергали работников этого заведения вполне обоснованной критике.) Но вот, как в 2012 г. в именном указателе ко второму тому дневников митрополита Арсения (Стадницкого) подан Григорий Ефимович: «выходец из крестьян Тобольской губ., приближенный к Царской Семье». И всё! Еще несколько лет назад такое было трудно себе представить. Уверен, что когда «Православная энциклопедия» дойдет, наконец, до тома на букву «Р», то там будет помещена биографическая статья, скорее, в духе «взвешенного» А.Н. Варламова, чем оголтелого «И.В. Смыслова», хотя не писатель, а эти укрывшиеся под общим псевдонимом профессиональные клеветники обучают будущих священников.

– А как обстоит дело за пределами нашей страны?

– Одновременно с изменениями отношения к Царскому Другу в России, думаю, можно говорить о подобных симптомах и за границей. Нельзя не заметить некоторого изменения и там отношения к Г.Е. Распутину, сопровождающегося неожиданно возродившимся к нему интересом. Одной из первых ласточек было появление в 1997 г. книги православного американца Ричарда Бэттса «Пшеница и плевелы. Безпристрастно о Г.Е. Распутине». Об этом интересе рассказывала мне правнучка Григория Ефимовича Лоранс. Помню, как в середине июля 2012 г. мы с ней стояли в нашем «Царском садике», где в честь каждого Члена Царской Семьи, а также Г.Е. Распутина и А.А. Вырубовой были высажены сосны. Лоранс рассказывала, как недавно ее пригласили на французское телевидение, где не только расспрашивали как всё было на самом деле, но еще и давали свободно высказываться. Об этом интересе свидетельствует также художественный фильм «Распутин» фильм с Жераром Депардье в главной роли. Сам фильм, конечно, для нас неприемлем. Смотреть эту мерзкую ленту (особенно адаптированную для русского зрителя версию) душевредно, искать в ней каких-либо смыслов – терять время и сквернить свою душу. Однако с точки зрения массового сознания на Западе фильм является в какой-то степени шагом вперед в осмыслении этой самым жесточайшим образом демонизированной фигуры Русской истории. А потому будем ценить признания французского актера, более 15 лет мечтавшего  сыграть именно эту роль. (Ему же, между прочим, принадлежала также и сама идея создания этой ленты.) «Бог в каждом из нас, – говорит, размышляя о своем герое, Депардье. – …Этот человек много помогал бедным людям. Облегчил многим жизнь… В нем, конечно же, много святости, духовности». Нельзя не согласиться и с тем, что думает о Г.Е. Распутине режиссер французской версии Жозе Дайан: «…Он… против войны. В этом, мне кажется, он прав». В устах француженки, детство которой причем прошло в Алжире, это дорогого стоит. Медленно, но верно к пониманию обретенных уже нами истин приходят и западные ученые. Так, на состоявшейся в ноябре 2012 г. в г. Ингольштадте (Германия) научной конференция по актуальным проблемам истории XX в. был сделан доклад «Григорий Ефимович Распутин и Первая мiровая война». Его автор, Мари Элен Бауман-Шануагор из Ульмского университета, выразив благодарность организаторам конференции за возможность «говорить о Григории Распутине свободно и без предвзятых негативных оценок», изложила свои взгляды, к которым  она пришла, в результате изучения достоверных источников.

– Как Вы себе представляете ближайшее будущее распутиноведения? Каковы его перспективы?

– Поступательное развитие распутиноведения обусловлено, на мой взгляд, степенью развития двух взаимосвязанных и, я бы даже сказал взаимозависимых, направлений. Это формирование базы данных и рост профессионализма исследователей темы.
Что касается источниковой базы, то в этом направлений кое-что уже сделано. Прежде всего, мы должны быть благодарны А.А. Щедрину (Н. Козлову) за публикацию им практически полного корпуса духовного наследия Г.Е. Распутина, состоящего как из опубликованных еще при жизни старца книжек, так и остававшихся в рукописях записей его бесед, размышлений, писем и телеграмм. С тех пор тексты эти не раз переиздавались, но при этом ни разу не упоминалось имя первого их публикатора – Андрея Алексеевича. Тут дело не только в том, что именно ему принадлежит честь первооткрывателя и публикатора этих текстов, а в том, что все, публиковавшие их якобы независимо от А.А. Щедрина по архивным фондам, на деле использовали именно его книжки. Это не просто мое свидетельство; в случае необходимости, всё это я могу доказать, что называется, чисто математически.
И тут, пользуясь случаем, мне хотелось бы дать добрый совет некоторым молодым (не по возрасту, а, скорее, опыту) коллегам: не стесняйтесь лишний раз сослаться на того, у кого вы почерпнули те или иные сведения, кто шел впереди вас, пусть хотя бы и на один шаг, по общей тропе. Придет время, и, возможно, вы возглавите это шествие. Однако, памятуя дело, которому мы служим, случится это только в том случае, если вы исполните заповеданное: «Поминайте наставников ваших…» (Евр. 13, 7). Не марайте имя свое, честь и совесть…
Возвращаясь к базе данных, еще раз напомню имена тех, кто первым ввел в оборот важные документы, заложившие основы современного распутиноведения: А.А. Щедрин, А.В. Чернышов и О.А. Платонов.

– Не забудьте и о Ваших публикациях…

– Это был уже новый этап, невозможный без моих предшественников. Приступая к изданию расследования, я поставил перед собой цель поставить публикацию документов на принятый в исторической науке уровень. Во-первых, по возможности, публикации должны быть полными, чтобы ни у кого не возникло даже мысли о выборочности издающихся документов. Во-вторых, каждый желающий должен понять, с чем он имеет дело: подлинным документом, отпуском, копией, черновиком, проектом и т.д. Из помет на том или ином документе становится понятным, когда он был отправлен, когда получен и был ли дан на него ответ. Исходя из этих принципов, содержащихся в таких специальных исторических дисциплинах, как источниковедение, дипломатика, архивоведение, я и издал полностью дело Тобольской Духовной консистории по подозрению Г.Е. Распутина в принадлежности к секте хлыстов, а также четыре тома дела о покушении на убийство Царского Друга в 1914 г. Каждый из этих массивов документов закрыл большинство вопросов, на которых до недавних пор спекулировало не одно поколение фальсификаторов отечественной истории. Еще одним важным делом была публикация воспоминаний наиболее близких к Григорию Ефимовичу лиц. После многочисленных спекуляций впервые на русском языке были напечатаны подлинные воспоминания Матрены Распутиной, а также мало кому известные мемуары М.Е. Головиной. Все эти тексты были тщательно откомментированы и снабжены большим количеством весьма редких иллюстраций.

– Интересно, что именно этот сборник «Дорогой наш Отец» вызвал буквально приступ ненависти у печально известного сотрудника «Московского комсомольца» Сергея Бычкова, утверждавшего, что издание этой книги – «вызов не только епископату РПЦ МП, но и всему духовенству и мiрянам. Сумеет ли Церковь должным образом ответить на него в наше смутное время – большой вопрос».

– Всякое доброе дело не обходится без провокаторов. Да это и понятно: с каждой новой публикацией документов правда всё полнее открывается, выбивая почву у них из-под ног. Что касается Сергея Бычкова, то фальсификации этого адепта неообновленцев (о. Георгия Кочеткова и о. Александра Борисова), касающиеся жизни и взглядов преподобного Серафима Саровского, мне уже приходилось разоблачать. Что же до книги воспоминаний о Г.Е. Распутине, то профессиональный клеветник (в суде он не раз проигрывал такого рода процессы), обвиняемый своими же единомышленниками (Н. Трауберг и Я. Кротовым) в «стукачестве», Бычков, видимо, «запамятовал» мнение нынешнего Патриарха, высказанное в 2004 г. в бытность его еще митрополитом, председателем ОВЦС. Имея в виду чтителей Царя Иоанна Васильевича Грозного и Друга Царей Г.Е. Распутина, он недвусмысленно заявил: «Некоторые утверждают, что на жизнь и на деятельность обоих исторических деятелей незаслуженно брошена тень. Что ж, давайте проводить конференции историков, готовить монографии, доискиваться, если это возможно, до окончательной правды, до полной истины».

– Попробуем, однако, вернуться к перспективам создания базы источников.

– Тема эта действительно важная и перспективная. Помните, я говорил, что мы с Вами, наверное, поговорим еще об авторе одного из отзывов о «расследовании»? Речь идет о появившейся «группе по Г.Е. Распутину» на интернет-ресурсе «В контакте». Ведет ее человек под «ником» «Anastasiya Rahlis». На двух ее страничках «Григорий Ефимович Распутин-Новый» и «Новости: о Григории Распутине в России и в мiре» можно ознакомиться со всеми новостями, так или иначе касающимися Царского Друга, найти ссылки на публикации, в том числе и на различных сайтах интернета. В особых директориях Anastasiya Rahlis собирает «Источники» и «Исследования и статьи» по теме, постоянно пополняет раздел «Дореволюционная пресса о Г.Е. Распутине», уточняет «Места проживания Г.Е. Распутина в Петербурге». И это, заметим, не единственный раздел, сопровождающийся фотографиями. Один из наиболее ценных – «Круг Григория Распутина» – биографические сведения о знакомых старца. Весьма информативна и перспективна «Хронология», которую составила та же Anastasiya Rahlis. Всё перечисленное – именно то, что с полным основанием можно называть прорывной технологией. Так что и выдумывать ничего не надо. Это как раз то, о чем в свое время в Духовной грамоте (завещании), имея в виду опричнину, говорил Царь Иоанн Васильевич: «и то на воле детей Моих […], как им прибыльнее, и чинят; а образец им учинен готов».

– Ну, а теперь о профессионализме. Тему эту Вы затрагивали и ранее, но теперь хотелось бы поговорить об этом поподробнее.

– От непрофессионала, конечно, нельзя требовать навыков историка, но и цена доказательств в подобных изданиях – иная. К тому же противники цепляются за любую неточность. Хорошо помню, как тандем «И.В. Смыслов» уцепился за невольную оговорку в книге Т.И. Гроян (ныне схимонахини Николаи) «Мученик за Христа и за Царя» (2000), походя написавшей об охоте убийцы Феликса Юсупова на белого медведя в… Индии. Этой шкурой белого медведя преподаватели Духовных школ впоследствии усердно топили всю книгу в целом, вышедшую, между прочим, по благословению старца Николая Псковоезерского.
Вот почему, отдавая себе отчет, с чем предстоит столкнуться, уже первую мою публикацию о Царском Друге в газете «Русский вестник» я снабдил самыми подробными ссылками. Главный редактор А.А. Сенин сначала очень этому удивился и предлагал даже снять этот занимающий слишком много газетного места аппарат. Я его понимал: оба мы были журналисты. Но, замечу также, что при этом мы были еще и однокашниками: закончили исторический факультет Московского университета, когда там еще давали приличное образование. Алексей Алексеевич, в конце концов, согласился и потом не жалел об этом. Внешнее это неудобство обернулось благом: за все годы публикации моих материалов о Г.Е. Распутине к нам никто не смог придраться, хотя недовольство и несогласие некоторые, разумеется, и выражали, но в самой общей форме, не в силах отрицать сами факты. Об отношении А.А. Сенина к этому моему предложению я узнал уже после его кончины. Один мой друг рассказал по телефону, как однажды на его вопрос, а почему его не печатают, хотя он пишет то же, что и Фомин, Сенин кратко ответил: «А у Фомина на всё есть ссылки…»

– Похоже, Сергей Владимiрович, Вы разбаловали своих читателей. Один из них в отзывах уже даже не на публикацию, а на Ваше интервью в связи с выходом шестого тома в «Русском вестнике» пожаловался: «Собственно в самом интервью всё очень обтекаемо, намеками, никаких “источников” не указано и вообще все подробности опущены».

– Да, требовательность читателей повышается. И это следует учитывать всем моим коллегам. Конечно, и среди непрофессиональных историков есть исследователи, внесшие безспорно ценный вклад. Возьмите, к примеру, писателя и журналиста В.Г. Манягина, по профессии «библиографа художественной литературы и литературы по искусству», изучавшего жизнь и деятельность Царя Иоанна Васильевича. В одной из биографических справок о нем не зря написано: «Увлечение: oldtiming (исследование истории; по аналогии с driwing’ом, shopping’ом и т.п.» Всё это нисколько не унижает Вячеслава Геннадьевича, а лишь проясняет саму ситуацию. Напомню, что в открытом поединке он сразил крепкого профессионала – архимандрита Макария (Веретенникова). Или возьмите до сих пор удивляющего нас своим разысканиями документов по Царскому Делу и их анализом Виктора Корна. Разумеется, отсутствие специального образования не закрывает человеку пути поиска Правды; Бог помогает вопрошающим, часто самым непостижимым образом разрешая их недоумения. Но исключения, пусть даже и такие яркие, как мы привели, лишь подтверждают главное: нужно учиться. Подтверждение тому – жизнь моего друга, ветерана Царского Дела Л.Е. Болотина. По образованию журналист, он уже в зрелом возрасте (имея взрослых детей) поступил и закончил (в пятьдесят лет!) дневное отделение исторического факультета Московского университета. И, смею вас уверить, потенциал у Леонида Евгеньевича сегодня совсем иной. Это специалист высокого класса.
В наши ряды, безусловно, может стать каждый. Мы рады любому опамятовавшемуся, просветившемуся светом Христовой Истины, каждому чтителю Правды, которому органически чужда ложь и отец этой самой лжи. Однако – будем реалистами – такие люди, как выдающийся современный ученый, доктор исторических наук Игорь Яковлевич Фроянов, автор основанного на тончайшем анализе источников потрясающего по своей мощи исследования «Драма Русской истории», – явление всё же штучное. Поэтому, памятуя поступок Л.Е. Болотина, призываем подобно тому, как это было в 1930-х годах: «Комсомолец – на самолет!»

– Ваши пожелания тем, кто придет, кто наследует в том числе и Ваше дело?

– Скажем честно, пока что нам не удалось прекратить вранье, но мы уже существенно ограничили его, огородив волчьи угодья красными флажками. И сделали это – вдумайтесь! – простые русские люди, причем без всякого поощрения с чьей-либо стороны и финансирования, побуждаемые одной лишь жаждой Истины. Но – не забудем – Сам наш Спаситель сказал: «Я есмь путь и истина и жизнь» (Ин. 14, 6). А Христово дело, пусть и не подкрепленное щедрыми грантами, всё равно выстоит под напором Золотого тельца. Аз есмь с вами и никтоже на вы! Обо всём этом должен помнить каждый, ставший на эту стезю. Веры вам и упорства, терпения и еще раз Веры – всё остальное приложится.

– И последний, вопрос: где можно купить новую книгу «расследования» да и все остальные Ваши книги?

– Ответ на этот вопрос на сей раз для меня не столь прост как это было раньше, со дня выхода первой книги. Дело в том, что в прежнее время все их можно было приобрести в книжной лавке «Русского вестника», куда бы ее ни выселяли по проискам «доброжелателей» А.А. Сенина. Судьба книжной лавки после кончины Алексея Алексеевича до сих пор (на начало ноября) не вполне ясна. Никаких предложений от нового руководства мне не поступало. Если не произойдет каких-то кардинальных перемен, даже в обстановке этой неопределенности, некоторое количество новых книг я туда передам. Все заинтересованные в приобретении седьмого тома и других моих книг москвичи могут сделать это также в книжном магазине «Русское Зарубежье» по адресу: Москва, ул. Нижняя Радищевская, д. 2 (Метро «Таганская» кольцевая). Телефон: 8-495-915-11-45. За индивидуальными заказами в Москве обращайтесь по телефону: 8-985-426-97-86. Наконец, иногородние все эти книги могут заказать через тот же магазин «Русское Зарубежье» и через интернет-магазин «Политкнига» (звоните по указанным нами телефонам и см. соответствующие сайты).

 

назад вперед

Вернуться к списку материалов »

Copyright © 2009 Наша Эпоха
Создание сайта Дизайн - студия Marika
 
Версия для печати